Коронавирусу COVID-19 понадобилось несколько недель для того, чтобы мигрировать из Китая в Европу. Но теперь старый континент захлынула инфекция. Пандемия уверенно проникла в Италию и Испанию. Другие нации ждут вспышки инфекции, надеясь приостановить ее распространение. Коронавирус убьет многих европейцев. Заодно он может убить и Европейский союз, построенный на идее европейской общности, пишет Даг Бандоу, научный сотрудник американского либертарианского института Катона в колонке для National Interest.

Во имя солидарности Италия обратилась к своим соседям за помощью в борьбе с эпидемией коронавируса, угрожавшей сокрушить ее систему здравоохранения. Из-за нехватки мест в реанимации врачи получили приказ «сосредоточиться на обеспечении реанимационных мероприятий пациентам с наибольшими шансами на успех терапии». Те, у кого наибольшие шансы умереть от коронавируса, были оставлены… умирать.

Европейцы, должно быть, не были удивлены, видя подобное в менее богатом интерьере Китая. Но в индустриализованной, продвинутой и либеральной Европе? Рим позвонил соседям, с которыми он присоединялся к Европейскому союзу. Странам, которые гордятся своим моральным превосходством над «англо-саксонским капитализмом», позволившим им создать более социально-ответственные «солидарные» экономики.

Увы, итальянцы обнаружили, что европейские телефоны все были заняты. Никто ничего не предложил. Австрия закрыла свои границы для жителей Италии, которые не могли подтвердить, что они не больны. Германия запретила экспорт защитных средств, таких как медицинские маски. Компания 3M указала на этот запрет, объясняя, почему не может поставлять свою продукцию в Италию.

Граница, коронавирус, эпидемия, ЕС, Европа, Евросоюз, Австрия, фото

КОРОНАВИРУС ЕСТЬ? А ЕСЛИ НАЙДУ? 10 марта Австрия закрыла границы для граждан Италии, которые не могли документально подтвердить, что они не заражены COVID-19

Это, впрочем, не означает, что просьба о помощи из Рима была не услышана. Китай отправил европейской стране самолет с 31 тонной расходных материалов и командой медиков.

Нежелание соседей по ЕС помогать было дополнено Кристиной Лагард, президентом Европейского центрального банка французского происхождения, которая заявила, что «сокращать разницу в доходности» между немецкими и итальянскими гособлигациями не относится к сфере ответственности ее организации. Ее комментарий привел к резкому увеличению стоимости заимствований для итальянского правительства. Это, в свою очередь, вызвало обрушение итальянского фондового рынка сразу на 17%.

Италия длительное время была экономическим «слабым звеном» в Европейском союзе и Еврозоне. И хотя больше внимания СМИ привлекала Греция, долгое время находявшаяся на грани дефолта, угроза Еврозоне со стороны Рима с его склеротической промышленностью и запутанным госрегулированием, была намного сильнее. Италия занимает четвертое место по объему ВВП на континенте: $2,1 трлн — это больше, чем экономика России, и это больше, чем может себе позволить Европа, если итальянскую экономику придется спасать. А это значит, что Италия может неожиданно выйти из Еврозоны, вызвав банкопад по всему континенту.

Неожиданный выход Италии из Еврозоны может вызвать банкопад по всему континенту

Тем не менее, европейцы не заинтересованы в субсидировании того, что они считают итальянской расточительностью. Рим часто вступал в противостояние с ЕС и его доминирующими членами, особенно с Францией и Германией. Во время Еврокризиса 2011 года, Берлин приложил немало усилий, чтобы убрать Сильвио Берлускони с поста премьер-министра, воспользовавшись его слабыми позициями в парламенте, что вызвало нарекания, что к стране относятся как к колонии. Это был один из многих конфликтов Рима с Брюсселем и ключевыми европейскими игроками, которые содействовали росту мощного популистического движения в стране.

Тони Барбер, колумнист Financial Times отмечает, что «среди 19 членов Еврозоны, Италия — единственная, которая никогда полностью не оправилась от кризиса суверенных долгов и банкопадов, который прошел по валютному союзу после 2000. Итальянский промышленный сектор после кризиса обвалился на четверть. Многие банки, переполненные государственными облигациями, остаются уязвимыми». Пандемия коронавируса COVID-19 ставит итальянскую экономику к стенке.

По словам Натали Точи, сотрудницы Римского Института международных отношений, это «возврат в прошлое, когда Италию оставляли одну. Так было в случае с кризисом Еврозоны, затем с миграционным кризисом 2015-2016, теперь с коронавирусом. Ничего не меняется, но в этот политические последствия могут быть намного серьезнее».

Даг Бандоу отмечает, что позиции евроскептиков в Италии усилятся еще больше. Тем более, что критикуют действия соседей и ЕЦБ и центристские политические силы. Однако вместо того, чтобы сделать выводы из критики, европейцы предпочли изоляцию и поставили на первое место свои национальные интересы. К чести Эмманюэля Макрона, он призывал страны континенту к сотрудничеству, но не был услышан.

Вместо того, чтобы объединиться перед лицом общей угрозы, европейцы предпочли изоляцию и поставили на первое место свои национальные интересы

Все это было предсказуемо. ЕС изначально создавался в качестве инструмента для экономического сотрудничества Германии и Франции. После этого он превратился в «общий рынок», в расширенную зону свободной торговли. Это было осторожное сотрудничество, которое не угрожало суверенитету ни одного из государств-участников. Однако в Брюсселе хотели большего и думали о создании чего-то вроде Соединенных Штатов Европы — новой державы, способной конкурировать с Америкой. Стайка еврократов — политиков, бюрократов, академиков, журналистов, бизнесменов и представителей других интернационально-мыслящих элит — стала влиятельной силой для продвижения все более консолидированного правительства. Однако, вся эта инициатива шла сверху вниз.

Большинство европейцев используют выборы в Европарламент как способ вознаградить или наказать партии за их работу на национальном уровне, и ни один из топ-чиновников ЕС не избирается гражданами Европы

И кроме горстки оторванных от своих корней жителей Брюсселя практически никто из европейцев не осознает себя гражданином ЕС, не салютует флагу со звездами и не поет гимн. Не существует и сборной Евросоюза по футболу, а спортивные соревнования лишь подчеркивают, что лояльность европейцев основана на национальных чувствах. Теперь мы видим, как европейские страны отказываются от солидарности перед лицом эпидемии коронавируса. Италия осталась одна. Как и каждый из членов Европейского союза.

Макрон работал с огромным усердием, чтобы собрать поддержку идее более сильного Евросоюза с единым бюджетом, но встретил оппозицию со стороны Германии и других стран. Выход Великобритании, которая никогда бы не отдала контроль над своими финансами, должна была усилить позиции Макрона. Но все похоже на то, что большинство европейцев по-прежнему хотят сами принимать решения. И хотя нельзя утверждать, что в ближайшее время кто-то еще покинет ЕС, почти никто не поддерживает дальнейшее усиление Брюсселя. Более того, Макрон приостановил и евроинтеграцию Балканских государств, которые пока не готовы к членству.

Экономисты советуют Риму уже сейчас просить помощи из Резервного фонда Еврозоны и искать сотрудничества с Международным валютным фондом

Гнев, вызванный молчанием в ответ на призывы о помощи, скорее всего сохранится и после победы над коронавирусом. Сам по себе он не разрушит ЕС. Но никого не удивит, если следом придет новый финансовый кризис Еврозоны. Италия уже слаба и стоимость лечения тысяч больных итальянцев, на которую наложится стоимость простоя из-за закрытия страны на карантин, может сломать экономику. Тем более, что некоторые экономисты уже советуют Риму просить помощи из Резервного фонда Еврозоны и искать сотрудничества с Международным валютным фондом. Однако, как отмечает колумнист Financial Times Тони Барбер, «самое главное, что на уме у каждого, это мысль, что в случае чего Италии могут понадобиться сотни миллионов евро помощи». И получить одобрение на выделение этой помощи у других европейских правительств будет весьма непросто.

То, что ожидает Европу не укладывается в голове. Три крупнейшие экономики континента — Германия, Великобритания и Франция сильно пострадают в результате кризиса COVID-19. Меньшие государства окажутся перед лицом экономического уничтожения, что заставит их просить о помощи. Националистически настроенные правительства Австрии, Венгрии и Польши вряд ли захотят ее оказать. Лондон, с трудом покинувший ЕС, также не будет чувствовать ответственности перед бывшими партнерами. Берлин впал в бесконечный политический кризис, из-за снижения поддержки двух традиционных правящих партий и роста популярности крайне левой Die Linke и крайне правой AfD. Авторитет Макрона во Франции продолжает падать после провала его партии на муниципальных выборах в середине марта.

Кризисы всегда приводят к непреднамеренным последствиям. Одним из ключевых последствий эпидемии коронавируса может стать существенное ослабление центральных органов власти ЕС. И если кто-то из европейцев все еще верил, что страны ЕС могут рассчитывать на помощь друг друга, эта иллюзия только что окончательно развеялась.

Сокращенный перевод колонки выполнен отделом новостей.

ПОДЕЛИТЬСЯ